понедельник, 27 апреля 2015 г.

Трамвай Рязани


В 2015 году, 15 апреля, исполнилось пять лет, как убрали с улиц города трамваи. Этот вид транспорта просуществовал в городе 47 лет (1963–2010 гг.). За это время у сотрудников депо накопилось много разных историй из жизни Рязани. О самых интересных и ярких моментах рассказали три вагоновожатые Раиса Донюкова, Людмила Гаврилина и Наталья Трушина.

В 1960 году на «промышленной» окраине Рязани открылся нефтеперерабатывающий завод. У руководства предприятия возникла идея: создать трамвайное сообщение, чтобы людям легче добираться на работу. Трамвайный парк четыре с лишним десятилетия входил в структуру нефтезавода и значился цехом № 24. Когда нефтеперерабатывающий завод продали Тюменской нефтяной компании, новое руководство отказалось финансировать трамвайное хозяйство.

Год с небольшим парк просуществовал как ЗАО «Рязанский трамвай», затем, в 2007 году, трамвайное депо было передано на баланс города. На тот момент уже был закрыт участок линии от ТЭЦ до завода «Химволокно». В 2009 году парк был сокращен до 2-х вагонов. А православный праздник Радоница в 2010 году стал последним днем существования трамваев.

Опасная профессия

Три вагоновожатые — Раиса Донюкова, Людмила Гаврилина и Наталья Трушина — так сдружились на работе, что и после ликвидации трамвайного депо они практически и не расставались: перезваниваются, встречаются.


Первой из трех устроилась в трамвайное депо Раиса Михайловна Донюкова. У нее, девушки из милославской деревни, была мечта — стать водителем троллейбуса. Но не случилось, потому как у троллейбусного парка не было общежития.

– Меня подруги надоумили стать водителем трамвая, раз с троллейбусом не вышло. А я боялась очень: все ж рельсы, думаю, как я справлюсь с такой махиной, да чтоб не опрокинулась? И подговорила одну свою подругу, чтоб вместе устраиваться пойти. Ну вот, отучились полгода на курсах, так обе и остались работать. Это было в 1970 году.

Был в трудовой жизни Донюковой и трагический случай: сбила насмерть мужчину. И притормозить успела, когда увидела его на путях, и посигналила, но человек спокойно отвернулся и кому-то начал махать рукой. Раиса Михайловна вновь набрала скорость в полной уверенности, что мужчина заметил опасность и больше не двинется с места. Но прямо перед трамваем он шагнул на рельсы.

– Что со мной тогда было, передать невозможно. Да еще и родственница мужчины заявилась в депо — так кричала, требовала меня уволить. Меня отстранили от этой работы, полгода работала на проходной завода. Но следствие завершилось, были проведены все экспертизы и расчеты, меня признали полностью невиновной. Думала даже совсем увольняться, но потом поняла, что не смогу. И снова принялась за работу.

Дисциплина, трудолюбие, упорство, взаимопомощь — вот слагаемые, из которых «состоят» эти вагоновожатые.

– Руководство нефтезавода как-то спросило у начальника нашего трамвайного депо: “У тебя все женщины — как на подбор, и откуда ж ты таких берешь?” А наш-то ответил, что конкурс красоты проводит перед зачислением в штат, — почти с гордостью вспоминают подруги.

«Вон как дергаить, словно дрова везеть»

Говорят, что на трамвае в те времена ездил чуть ли не весь город, потому что к промзоне никакой другой транспорт не ходил.

– Что там у нас было-то? — начинают вспоминать экс-вагоновожатые. — Нефтезавод, Химволокно, ЖБИ-5, Деревообрабатывающий комбинат, Катализаторная фабрика, Центролит, Сантехмонтаж, ТЭЦ. Может, что и пропустили. Но все предприятия, в основном, находились по ходу движения трамвая. Ну, если только пара «летучек» — дежурных ПАЗиков — проезжала пару раз в день. А еще кладбище и садоводческие товарищества — туда тоже постоянно рязанцы ездили. Вот теперь и представьте, сколько людей мы перевозили, насколько популярен был в народе трамвай, — дополняя друг друга, излагают женщины.

Раиса Донюкова, Людмила Гаврилина и Наталья Трушина

В часы пик, по словам старожилов трамвайного депо, трамваи ходили через 1–2 минуты. Днем, когда пассажиров было гораздо меньше, трамваи двигались с интервалом в 15 минут. Находились и те, кто начинал скандалить из-за задержек.

– Прямо целые спектакли разыгрывались в салоне. Кто-то начинает: “Ой, лишних пять минут простояла на остановке, вся продрогла. А как села, смотрю — Михална бежит, так прямо перед ней двери и закрылись”. Другие подхватывают: “И не говори, никакого уважения к пассажирам, вон как дергаить, словно дрова везеть, все нутро сотрясаитси”. Сначала тяжело было, обидно, потом привыкли.

– Было дело, у нас одна сотрудница уволилась, — подхватывает Людмила Дмитриевна. — Ее пассажир извел, постоянно хамил, грубил. У нас же все одни и те же ездили, каждого из сотен рязанцев в лицо знали. И хамов тоже, но куда от них деваться-то?

Приходилось иногда подругам обезвреживать мелких мошенников. Некоторые граждане опускали в автомат выдачи билетов не 3 копейки, а 5 копеек. И собирали у пассажиров «сдачу» — сначала свои 2 копейки, потом еще 2, потом еще. Пока не остановят и не пристыдят.