суббота, 14 марта 2015 г.

Санкт-Петербург: 7 малоизвестных фактов о метро


Не все знают, что из станций красной линии перед открытием изымали портреты Сталина, интерьер «Международной» подвергся цензуре, а на «Бухарестской» можно найти символ счастья. Вспомним занятные истории о петербургском метрополитене.

Метрополитен Северной столице полон загадок и занятных историй. Не зря по петербургской подземке водят специальные экскурсии, а одна из станций вошла в пятерку самых красивых в мире.

Скрытая мозаика


Первая очередь подземки в Ленинграде открылась в 1955 году, а проектирование, строительство и оформление станций заняло более 10 лет. Работы начались сразу после войны, поэтому в проекте каждой станции обязательно содержалось изображение Иосифа Сталина.

Запуск метро пришелся на период Хрущевской оттепели, спустя два года после смерти Сталина и за год до разоблачения культа личности вождя. На первых станциях в оформлении ничего не меняли – пассажирам были доступны изображения Сталина на станциях «Нарвская», «Технологический институт» и «Площадь Восстания». На «техноложке» барельеф сняли в 1961 году, когда строили переход на соседнюю станцию (его можно увидеть в Музее петербургского метро). На «Площади Восстания» барельеф «Объявление Лениным Советской власти» сохранился до наших дней только потому, что он малозаметен, а Сталина, стоящего за спиной у Ленина, не так просто узнать.

«Нарвская» изначально вообще должна была называться «Сталинской», поэтому следы культа личности там были в изобилии. Огромное мозаичное панно «Сталин на трибуне» работы президента Академии художеств Александра Герасимова в 1961 году решено было закрыть мраморной фальш-стеной, не снимая. Доподлинно неизвестно, сохранилось ли оно.

Перронный зал украшают 48 рельефных изображений (12 сюжетов) людей разных профессий. Горельефы выполнены в мраморной крошке. Есть мнение, что и на горельефе «Слава труду!» в центре должен был стоять Иосиф Сталин, но вместо этого поставили рабочего с флагом, к которому в непонятном порыве обращена окружающая его толпа.

Из проектов других станций изображение вождя изъяли заранее: на «Балтийской» кассовый зал должен был украшать барельеф со Сталиным в окружении моряков, на «Кировском заводе» образы Сталина над колоннами заменили индустриальные горельефы, а вместо его бюста в торце установили бюст Ленина. На станции «Автово» под потолком кассового зала вместо «Великому Сталину слава» появилась надпись «Доблестным защитникам Ленинграда, в битвах отстоявшим город-герой, слава в веках».

Станция-фантом


«Пушкинская» была одной из первых запущенных в эксплуатацию станций на линии, окрашенной в патриотичный красный цвет. И сегодня над путями напротив платформ можно увидеть металлические двери с цифрами «1955». Однако в 1955 году ее вместе с остальными станциями не открыли, и больше полугода она пробыла «станцией-фантомом» - поезда проезжали ее без остановки.

Официальное открытие состоялось только в мае 1956 года, когда были наконец достроены вестибюль и наклонный ход. «Пушкинская» стала первым мемориалом в советском метро, когда здесь установили первый подземный памятник Пушкину. Второй (на «Черной речке») появился значительно позже.

Птичка - синичка


Есть любопытные особенности и у совсем новых станций подземки. Например, в оформление подземных интерьеров «Бухарестской» архитекторы заложили маленький сюрприз.

Стены перронного зала по всей длине украшает золотисто-красный мозаичный орнамент, который завершает мозаичное панно с увитой осенними листьями вазой. Он кажется довольно однообразным, если не знать об одной детали – среди листьев художники спрятали небольшую синюю птичку, которую не всякий сможет разглядеть. Быстро появилось поверье, что случайно увидеть ее, выходя из вагона – к удаче.

На открытии станции автор оформления интерьеров народный художник России Александр Быстров сказал, что на эту идею его навела фамилия живущего в Купчино друга – профессора Андрея Синицы.

История про букву «Ч»


Говорят, что мелкое несовершенство придает любому произведению особый шарм. Так было и со станцией метро «Новочеркасская» вплоть до 2011 года.

После смерти Л.И. Брежнева в его честь в соответствии с его же еще прижизненным указом в Ленинграде решено было назвать площадь. Поскольку все мало-мальски крупные площади были уже «разобраны», именем Брежнева назвали Красногвардейскую. Но и память воинов оскорблять было нельзя, поэтому заодно переименовали Новочеркасский проспект в Красногвардейский. Открывшуюся станцию метро по топонимическому принципу тоже назвали «Красногвардейской», подобрав для ее оформления в соответствии с духом эпохи шрифт с характерными засечками.

С распадом Советского союза идеологически выверенные названия утратили актуальность, и проспект снова стал Новочеркасским, а площадь Красногвардейской. Чтобы не было путаницы, решили оставить связь станции метро с проспектом и в 1992 году переименовать ее в «Новочеркасскую». Решить вопрос с оформлением вроде было несложно: название можно было сложить из тех же букв, добавив одну «О» и «Ч».

Буквы заказали в ближайшей слесарной мастерской. Но если «О» слесарь смог сделать, ориентируясь на пример из «КраснОгвардейской», то внешний вид «Ч» полностью зависел от его вкуса и чувства прекрасного. Чувство это слесаря подвело, и «Ч» оказалась «ложкой дегтя» в визуальном оформлении станции. Так все и оставалось почти 20 лет, пока в 2011 году «Петербургский метрополитен» не заменил буквы на более приличествующие остальной гарнитуре.

«М» на месте крестов


По большей части станции метрополитена строились в советский период, когда, как известно, ради «светлого будущего» люди охотно расставались с «пережитками прошлого».

Церкви в советское время часто разрушались безо всякой надобности, а уж если они мешали строительству чего-нибудь полезного, то вопроса об их сохранении тем более не возникало. Ради строительства наземных вестибюлей метро были уничтожены как минимум три православных храма, один из которых сегодня активно восстанавливается.


На Знаменской площади (переименованной позже в площадь Восстания) в середине XVIII века была выстроена одноименная церковь, которую в начале XIX века перестроили в камне по проекту Федора Деменцова. Ее разобрали в 1941 году, а в 1955 на ее месте вырос вестибюль станции «Площадь Восстания». В 2007 году на стене вестибюля станции была установлена мемориальная доска в память о Знаменской церкви.

На Кирочной улице в конце XIX века по проекту Месмахера возвели церковь Святых Космы и Дамиана при лейб-гвардии Саперном батальоне. В храме хранились знамена и были установлены памятные доски с именами погибших офицеров. Храм закрыли в 1933 году, а в 1950-х снесли ради строительства наклонного хода станции метро «Чернышевская».

Церковь Спаса-на-Сенной была построена в 1750-х годах. Считается, что ее архитектором выступил сам Растрелли. Есть версия, что проект создал Андрей Квасов. Собор в стиле позднего барокко работал до 1930-х годов, затем был закрыт, а в 1961 году взорван во время очередной антирелигиозной кампании. В 2011 году рядом с вестибюлем станции метро «Сенная площадь» начались работы по восстановлению храма.
Античный срам


Станцию метро «Международная» открыли в 2012 году юго-западнее пересечения улиц Бухарестской и Белы Куна. Вестибюль ее ничем не примечателен, поскольку встроен в торговый центр, а внутреннее убранство решено было связать с абстрактной темой сотворения мира.

Перронный зал отделан серым гранитом и золотистыми латунными листами, а центром композиции стало мозаичное панно с изображением Атланта, держащего Землю. С ним перед открытием станции был связан небольшой конфуз. Изображение Атланта изначально было выдержано в античном стиле – то есть природная человеческая нагота ничем не была прикрыта.

Накануне открытия станции комиссия посчитала, что это слишком вызывающее зрелище, которое может смутить пассажиров. Мифологического героя решено было скромно прикрыть уголком накидки в соответствующем месте.
Безграмотная «Спасская»





Гораздо более досадную оплошность допустили при оформлении интерьера другой новой станции – «Спасской», которую открыли в 2009 году и оборудовали выходом на поверхность в 2013.

Сразу после открытия дотошных пассажиров возмутило содержание знака «Зодчеству Петербурга», где обнаружилось множество ошибок в именах великих архитекторов. Например, Жана-Батиста Вален-Деламота назвали просто «Деламот», Жана Франсуа Тома де Томона обозвали «Детомоном», фамилию автора Исаакиевского собора Огюста Монферрана написали с одной «р».

Также авторы доски допустили путаницу в семейственных связях зодчих. Братья Косяковы названы просто «Косяковыми», а Шарлемань и двое его сыновей – «Бр. Шарлемани». Николай Бенуа и его сын Леонтий Бенуа при этом записаны отдельно, а инициалы у них стоят перед фамилиями, тогда как у отца и сына Фоминых инициалы указаны после фамилий. Мастерская, в которой был изготовлен медальон, обещала исправить ошибки за свой счет.